Notice: Undefined index: jd98e50 in /home/camo/bighobby.ru/docs/init.php on line 1

Warning: session_start() [function.session-start]: Cannot send session cookie - headers already sent by (output started at /home/camo/bighobby.ru/docs/init.php:1) in /home/camo/bighobby.ru/docs/init.php on line 10

Warning: session_start() [function.session-start]: Cannot send session cache limiter - headers already sent (output started at /home/camo/bighobby.ru/docs/init.php:1) in /home/camo/bighobby.ru/docs/init.php on line 10
Возникновение денежной системы на Руси

Возникновение денежной системы на Руси (2)

Древнерусская денежная терминология и денежный счет.

В рус­ских письменных источниках, прежде всего в Русской Правде и в Повести временных лет, содержатся следующие наименования де­нежных единиц: скот, куна, резана, ногата, веверица, векша, бела и гривна.

Древнейшей весовой единицей является гривна. Это название связано с шейным украшением в виде обруча, широко распростра­ненным у славян, финно-угров и других народов. Происхождение весовой гривны еще окончательно не установлено. Делались попытки вывести ее вес из византийской литры (римской либры — 327,456 г) на основании параллельного анализа договора 911 г. Руси с Византией и Русской Правды. Договор фиксирует норму штрафа в 5 литр за намеренное нанесение удара «по закону русскому», а Русская Правда за аналогичное оскорбление назначает штраф в 12 гри­вен. Отсюда определялся вес гривны в 136,44 г. Веским аргумен­том против византийского происхождения гривны является отсут­ствие среди материальных памятников древнерусского денежного обращения слитков серебра, хотя бы отдаленно приближающихся к весу 136,44 г, и более мелких денежных единиц (монет), находя­щихся в пропорциональных отношениях с этим весом.

Долгое время очень популярной была теория восточного проис­хождения русской гривны. Суть ее сводится к следующему. Позд­нейший русский фунт (409,512 г) близок по весу иракскому ратлю. Среди памятников древнерусского обращения хорошо известны денежные слитки новгородского типа, теоретический вес которых равен приблизительно 204 г, что составляет ровно половину ирак­ского ратля. Отсюда делался вывод о заимствовании веса гривны с Востока.

В настоящее время наиболее аргументированная гипотеза про­исхождения русской денежно-весовой системы предложена В. Л. Яни­ным. Ее основное отличие от существовавших ранее теорий заключа­ется в том, что она построена на основе тщательного анализа об­ширного нумизматического материала. Основные положения этой концепции могут быть сведены к следующему. Первое знакомство восточных славян с денежно-весовыми единицами относится к пер­вым векам новой эры. В это время на территории Восточной Евро­пы обращаются значительные массы римских серебряных монет — денариев. Средний вес римского денария —3,41 г— лег в основу сла­вянской гривны в 68,22 г, в соответствии с традиционным славян­ским счетом на 20, 40 и 80. Гривна весом в 68,22 г, бытовавшая в IX — первой половине Х в., была более древним элементом системы, чем гривна серебра. В. Л. Янин допускает и другую возможность, а именно — первоначально термин «гривна» обозначал единицу, равную не 20, а 40 денариям, т. е. около 136,44 г.

В конце VIII в. начинается массовый приток на Русь восточного серебра в виде дирхемов, которые в IX в. весили 2.73 г, т. е. относились к гривне в 68,22 г, как 25:1. Такой дирхем в письменных источ­никах называется куной. В начале Х в. наряду с дирхемами в 2.73 г в обращение начинают поступать более тяжелые монеты в 3,41 г. Таких дирхемов в гривне заключалось 20, и эта монета на Руси ста­ла называться ногатой.

В конце 30-х гг. Х в. начинается «кризис восточного серебра», обусловивший чрезвычайную пестроту веса монет, которые начина­ют рубить и резать с целью получить более мелкие платежные еди­ницы. Монеты на Руси начинают принимать не на счет, а на вес, о чем убедительно свидетельствуют находимые в кладах и при архео­логических раскопках весы и гирьки-разновесы. Появляется новая денежная единица, равная половине куны,—резана в 1,36 г. Де­нежная система Руси принимает следующий вид, зафиксированный Краткой редакцией Русской Правды: гривна (68,22 г) = 22 нога­там (3,41 г) = 25 кунам (2,73 г) == 50 резанам (1,36 г).

Что касается самой мелкой единицы этой системы — вевери­цы (векши), то она предположительно равна 1/3 резаны, т. е. в грив­не содержится 150 вевериц.

До середины Х в. эта система денежно-весовых единиц сущест­вует как общерусская, а затем разделяется на две местные систе­мы — северную и южную. В основе северной системы лежит гривна в 51,19 г, составляющая 1/4 позднейшего фунта. Гривна южной сис­темы связана, скорее всего, с византийской литрой.

Структура денежного счета, зафиксированная Пространной ре­дакцией Русской Правды (XIII в.), уже несколько иная. Из нее ис­чезает резана, место которой занимает куна, ставшая вдвое легче. Теперь 1 гривна = 20 ногатам == 50 кунам = 150 или 100 вевери­цам.

Наиболее уязвимой концепция В. Л. Янина является в своей ис­ходной точке. Знакомство восточно-славянских племен с римским денарием еще не доказано археологически. Нет ни одного факта, свидетельствующего о бытовании гривны в 68,22 г на протяжении почти 500 лет — с конца IV до конца VIII в.

Основные единицы древнерусских денежно-весовых систем не исчезают с наступлением безмонетного периода. Самые крупные из них существуют в виде слитков серебра северного (новгородские) и южного (киевские) веса.

С наступлением феодальной раздробленности развиваются мест­ные денежно-весовые системы, рыночная сфера жизнедеятельности которых ограничена территориальными рамками отдельных земель.

Возобновившаяся в конце XIV — начале XV в. русская монетная чеканка явила несколько различных местных денежно-весовых сис­тем, генетически связанных с весовыми нормами безмонетного пе­риода.

Безмонетный период.

В истории русского денежного обращения период времени, охватывающий XII, XIII и почти весь XIV в., полу­чил название безмонетного. Выше уже указывалось на то, что ника­ких внутренних причин для отказа от монет как средства денежного обращения не было. Ремесло и торговля вплоть до монголо-татарского нашествия развивались на Руси по восходящей линии. При­чины возникновения безмонетного периода и характер денежного обращения в это время остаются наименее изученными проблемами русской нумизматики. Безусловно, что в основе этого явления лежало прекращение поступления на Русь, не имевшую собственных сереб­ряных разработок, серебра из-за рубежа. Однако общие запасы се­ребра на Руси в XII в. были вполне достаточными для введения и поддерживания собственной монетной чеканки. Они, вероятно, были даже более значительными, чем к моменту возобновления чеканки на Руси в конце XIV в., так как громадное количество серебра в XIII — XIV вв. ушло в Золотую Орду в результате платежей ордын­ского «выхода». Следовательно, основную причину безмонетного периода следует видеть в начавшейся феодальной раздробленности Руси, ликвидировавшей единую экономическую и политическую ос­нову организации монетного производства и денежного обращения.

Изучение письменных источников позволяет констатировать, что денежная терминология предшествующего периода не только не ис­чезает в безмонетный период, но, напротив, свидетельствует о дальнёйшем развитии гривенно-кунной денежно-весовой системы. По­являются новые денежные понятия и термины, например «мортка». Происходит, вероятно, постепенное обособление местных особен­ностей денежного счета, отразившееся в дальнейшем, при возобнов­лении монетной чеканки в конце XIV — XV в., в различиях весовых норм монет отдельных русских княжеств.

Одним из самых спорных является вопрос о конкретных фор­мах денежного обращения в безмонетный период. Обращение се­ребряных слитков, обслуживавших лишь очень крупные торго­вые операции, имело, конечно, ограниченный характер. Мелкие платежные единицы — куны, резаны и др., перестав обозначать се­ребряные монеты, получили какое-то другое ценностное содержание. Очень популярные в прошлом теории меховых и кожаных денег еще не исчерпывают проблему в целом. Обращение пушнины в качестве средства платежа ограничивалось, вероятно, районами, богатыми промысловым пушным зверем, где хорошо был развит охотничий промысел. Что касается обращения кожаных денег, не имевших практически никакой собственной стоимости и представлявших со­бой по сути кредитные деньги, то самое их существование в древ­ности долгое время вообще отрицалось нумизматами. В середине XX в. в Испании была обнаружена рукопись, содержавшая описа­ние путешествия Абу Хамида ал-Гарнати в Центральную и Восточ­ную Европу, которое он совершил в середине XII в. Особый интерес для изучения денежного обращения имеет сообщение этого араб­ского путешественника, относящееся к русской территории, о том, что он наблюдал торговые расчеты с помощью старых беличьих шкурок, лишенных шерсти. Это сообщение настолько необычно, ин­тересно и значимо, что представляется оправданным привести его полностью: «Между собой они производят операции на старые шку­ры белок, на которых нет шерсти, в которых нет никакой (другой) пользы и которые ни на что решительно не годятся. И когда эти шкуры головы белки и ее двух лап, то (эти шкуры) правильны. И каж­дые 18 шкурок в счете их идут за один дирхем. Они их укрепляют в пачку и называют джукн (?). За каждую шкурку из этих шкур дают краюху отличного хлеба, которая достаточна для сильного человека. На них же покупается все, как то: рабыни, отроки, золото, серебро, бобры, кундиз (куницы ?) и другие товары. А если бы эти шкуры бы­ли в какой (другой) стране, то за тысячу их вьюков не купить бы од­ного зерна и не были бы они годны решительно ни на что. А когда (шкурки) испортятся в их домах, они везут их в полувьюках, в раз­резанном виде, направляясь к некоему известному рынку, где есть люди, а перед ними ремесленники. Они передают им шкурки, и ре­месленники приводят их в порядок на крепких веревках, каждые 18 шкурок в одну пачку. Сбоку веревки приделывается кусок черно­го свинца с изображением царя (царства, государства). За каждую печать берут по шкурке из этих шкурок, пока не припечатают всех. И никто не может отвергнуть их. На них продают и покупают».

Этому рассказу, казалось бы, не оставляющему никаких сомне­ний в существовании на Руси кожаных денег, все же не следует по­спешно придавать абсолютного значения. Во-первых, сообщение ал-Гарнати может относиться к очень ограниченной территории. К этому можно заметить, что нам неизвестен маршрут его путешест­вия по территории Руси. Во-вторых, в Новгороде Великом, напри­мер, по сообщению Гильбера де Ланнуа (начало XV в.), в качестве мелких денег использовались головы белок. Однако в результате ведущихся в Новгороде вот уже более полувека систематических археологических раскопок обнаружены сотни тысяч хорошо сохра­нившихся кожаных изделий и обрывков кожи, но среди этих находок нет ни одной, которую можно было бы хоть как-то связать с кожа­ными деньгами. В то же время в хорошо датированных слоях без­монетного периода часто находят кошельки, аналогичные кошель­кам из более древних и более «молодых» слоев.

В. Л. Янин выдвинул интересную гипотезу о платежной роли в безмонетный период некоторых изделий древнерусского ремесла. Для выполнения функций средств платежа эти изделия должны бы­ли удовлетворять прежде всего двум условиям — иметь постоянную и определенную стоимость, а также быть максимально стандарти­зированными. Этим требованиям вполне удовлетворяют овручские шиферные пряслица, очень широко распространенные на террито­рии Руси и часто находимые в городских центрах в количествах, яв­но превосходящих хозяйственные потребности в них. Аналогичную роль могли играть некоторые виды каменных и стеклянных бус и стеклянные браслеты. Следует особо подчеркнуть, что бусы и пряс­лица встречаются в монетных кладах. Более того, ареал шиферных пряслиц практически совпадает с территорией монетного обраще­ния Руси IX — начала XII в.

И. Г. Спасский высказал предположение о выполнении роли пла­тежного средства на территории Северо-Западной Руси так назы­ваемых раковин каури. Эти небольшие и красивые раковины, добы­вавшиеся на Мальдивских островах Индийского океана, были широко распространены в качестве денег в Африке, Азии и Европе. Они встречаются при раскопках в Новгороде и Пскове, особенно много их найдено в Прибалтике, известны они и в Верхнем и Сред­нем Поволжье.

Безмонетный период продолжался два с половиной века. Чеканка собственной русской монеты была возобновлена лишь во второй половине XIV в.

Часть 1